Фик не мой, не яой, но мне нрав.
Автор: Quintessence
Название: Машенькина Тетрадка
Фендом: Death Note
Персонажи: нет, зато есть Машенька:)
Жанр: стеб (ну я надеюсь)
Размещение: где угодно, только подписывайте автора.
Примечание:яркий пример, как могут свихнуться мозги:) МАШЕНЬКИНА ТЕТРАДКА
Где-то в России, в Москве, жила обыкновенная девятилетняя девочка по имени Маша. Маша ходила в третий класс 135 школы, любила читать, имела много друзей.
У нее были короткие русые волосы в две косички, серые глаза и брэкеты. И Маша их очень не любила. Очень ей хотелось их снять.
Жила Маша вместе с мамой, та развелась из-за пьянчуги отца, мама домой приходила поздно, даже уроки не проверяла. А как их было много! И Маша уроки очень не любила.
Однажды, злая историца сделала Маше выговор, за то что она не купила нужную тетрадь. Маша купила в клеточку, а училке надо было в линеечку. Желательно в косую. Короче, пришлось Маше покупать тетрадку.
Ну, так как детям ее возраста денег не дают лишних, пошла Маша домой, просить несчастную копеечку. И рассказала маме, что нужно на тетрадку эту копеечку. Мама как услышала про тетрадку, за сердце схватилась, за валидолом понеслась. И говорит она Маше русским языком:
--Никогда ты тетрадки сама не покупала, и не знаешь, какие покупать. Слушай меня внимательно, дорога твоя будет преисполнена трудностей и опасностей, только сильные духом смогут…
--Да мам, знаю я как до Гастронома дойти!
--Правда? Тогда слушай, покупай тетрадь какую хочешь, только черную-черную тетрадь не покупай.
Маша послушала маму и почапала в Гастроном. А твм на книжной полке тетрадей видимо-невидимо. И все беленькие, розовенькие, с кроликами, котятами, ангелочками – кароч, Машеньку чуть на этих пушистых тетрадях не проперло. Только одна тетрадка там была нормальная, вся черная-черная, и меленько так написано че-то вверху. Машенька подумала, постояла и решила, что с этой тетрадью психику свою она не подорвет. Тем более, что мама говорила о черной-черной тетради, а это не просто черная-черная тетрадь. Там вверху еще буковки какие-то.
Вообщем, купила Машенька эту тетрадь, идет домой, а за ней какое-то чудо-юодо летит. Человек-не человек, зверь-не зверь, так, неведомо хто. Идет Машенька, и не замечает, как за ней оно летит. Ну, чуду-юду надоело, что его игнорируют, трогает Машеньку за плечо, и говорит на непонятном языке:
--Охайо, Маша-сан!
Машенька обернулась, посмотрела-посмотрела и дальше пошла.
А чудо-юдо Машу не понимает. Опять тыкает в плечо:
--Охайо, Маша-сан!
--Слушай отвали ты, без тебя тошно!
И пошла Маша дальше. Чудо-юдо чешет в башке, ничего понять не может. И подумало чудо-юдо, что наверное, она его не понимает, на каком-то другом языке говорит. И решило оно тогда к Маше на Всемирном языке обратиться, на английском.
Подлетает и опять - «тык» в плечо:
--Хай Маша, май нэйм из Риук!
--Поздравляю, я вас также. – и идет себе дальше.
Подумало чудо-юдо, и решило пока подождать со знакомством. Летит на Машенькой тихонечко так и ждет.
А Машенька тем временем пришла домой, показала маме тетрадочку, и через полчаса увезли маму на скорой. Маша пожала плечами вслед людям в белых халатах и побежала к компьютеру. Чего из-за какой-то тетрадки париться?
Сидит Машенька, в «Квейк» режется. А чудо-юдо за ее спиной стоит, лыбится. Понравилось видимо чуду-юду, как Маша из гранатомета по кишкам монстров расстреляла. Прям стоит так. Пальцы скрещивает, чтоб патронов хватило.
Просидела так Машенька всю ночь, как утро настало – так в школу идти. А первый урок - история. Маша взяла, побросала в портфель мамину косметику, прикрыла парой тетрадей и пошла в школу.
Идет она, а чудо-юдо все за ней. Опять заговорить хочет. Подумало, видимо, что к утру мозги прояснились. Аккуратненько так, за локоток оно ее дергает и говорит:
--Хэллоу Маша, хау ваю?
--А вот это вы правы дяденька, с утра я начего не хавала. Только давайте мы с вами договоримся, чтобы вы за мной не ходили, страшный вы какой-то.
Испугалось Чудо-юдо, не знает оно могучего русского языка, не знает оно, что Машенька ему там наговорила. Дергает он ее так деликатненько опять за локоток:
--Ну че вам дяденька?
--Дую спик инглиш?
--Я щас вам так вздую , чтоб за мной не ходили, вам мало не покажется!
Теперь Чудо-юдо поняло, чтоо с этой настырной девочкой у него будет много проблем. Тяжело вздохнуло Чудо-юдо, и пробурчало что-то про тетрадь и про правило.
А Машенька пришла в школу , и ничего не слышала что там Чудо-юдо сказало.
Идет Маша на первый урок – историю. Да не какую нибудь, а всемирную. Для которой она тетрадь покупала.
Вот сидит она на уроке, открывает тетрадь, а там два черных листа вклеено. И на них что-то на непонятном языке написано. Машенька подумала, и решив что это брак, вырвала их и в портфель засунула.
В тот же момент Чудо-юдо за ее спиной смачно выругалось на всех языках, которое знало.
А Маша как ни в чем ни бывало открыло учебник, как им учительница наказала, начала конспектировать параграф. Про Эпоху Возрождения.
Видит – имя выделено жирным шрифтом – Леонардо да Винчи.
Скумекала Машенька, записала, дальше читает. В следующем абзаце выделено – Рафаэль Санти. Хочет Машенька написать его, как напротив записи « Леонардо да Винчи » видит черточки странные какие-то. Но, видно тетрадочка не как Чудо-юдо - только два языка знало, она была интернациональная видимо, эта тетрадочка, потому что под пристальным взглядом Маши черточки быстро сложились в буковки:
«Дура, он уже умер!»
«Ну и мне какое дело?» - подумала Машенька ми пишет рядом: Рафаэль Санти, Микеланджело Буанаротти, Альбрехт Дюрер; вообщем, всякие заумные, русскому уху чуждые имена. Пишет, пишет, и ровненько над каждой фамилией тетрадочка пишет:
«убит, убит, умер, убит..»
Посмотрела Машенька на эту писанину, стирает она ее стиркой – не стирается, у соседки замазку попросила – не замазывается. Чудно как-то. А тут еще учительница на беду подходит, увидала и давай ругаться:
--Что это у тебя Сидорова за каляканье в тетради такое?
Ох и злючка была училка. А Маша говорит:
--Простите, Наталья э-э-э, это у меня…
--Что-о-о? Как-как меня зовут? Ты что, имени преподавателя не знаешь? А ну-ка быстро весь класс записал имя-отчество на первой странице!
Все ученики прилежные, пишут старательно, выводят носами в парту; Машенька тоже пишет, выводит. Над ней историца постояла-постояла и пошла к доске. Только мел поднесла про Питера - Брейгеля Старшего рассказать, как дар речи потеряла, подпрыгнула и плюхнулась на пол, с подбородка слюна капает.
В это время директор с завучем в кабинете сидели, делали вид что отчеты пишут, и слышат вдруг, как страшный грохот всю школу сотряс. Прибегают в кабинет истории, а там все дети на ушах стоят – доска изрисована, жалюзи повыдергиваны, тряпки летают; а посреди всего этого безобразия училка лежит, слюни пускает. Ну, директор в прикрытую дверь ей и крикнула, что та понижена до дворника и пошла с завучем кофе пить.
А чудо юдо за Машенькой все это время прыгало по партам и кричало что-то непонятное, типа «сугой, сугой!»
Пошла Машенька на второй урок, а вторым уроком был русский. Сидели все и писали контрольную. И когда тетради все сдавали, Машенька случайно листочки те, черненькие с непонятными надписями, в тетрадь вложила.
Только училка взяла ее тетрадь, так она и повалилась, тыкает в кого-то позади Машеньки, пена изо рта течет.
Ну, ее за компанию с историцей в скорой-то и увезли.
А следующим уроком у Машеньки была математика. Там у них тоже самостоятельная была. Маша по обыкновению выдрала листок для черновика. Из той самой черной тетради.
Пишет она, складывает 45+15, а листик ей пишет:
«Ошибка, впишите имя».
Машенька за день на нервах была, ну и написала: - «Заткнись».
Больше листик не приставал к Машеньке.
Когда уроки у Маши закончились, пошла она прямиком домой.
Вот сиди она за столом, а Чудо-юдо за спиной кульбиты разные выделывает и приговаривает все «эплз, эплз». Маша ничего не слышит, сидит, решает, как ей икс от игрека отнять, чтобы завтра утром в туалете не списывать. Видит чудо-юдо, не слышит его хозяйка, полезло на книжную полку, нашло русско-английский словарь, и через полчаса пристает опять:
--Я хачу Йабраки!»
--Руки-ноги есть дяденька, иди и купи!
Разозлилось чудо-юдо, и полетело на базар яблоки воровать.
Вернулось оно только вечером, встречает егов коридоре Машенька:
--Значит так, дяденька, теперь марш в Гастроном за чипсами!
* * *
Вот сказке в принципе, и конец, но кто хочет, вот эпилог:
Распорядок у чуда-юда очень плотный. В шесть часов встать, круассаны на завтрак приготовить, к двенадцати в магазин сходить, приготовить обед, сделать уроки за Машеньку, приготовить ужин, постирать… Над всем этим стоит Машенька с волшебным веником.
А Машенька тем временем уже трех преподавателей записала на форзаце. И всем трем вечная память. Теперь никто в 3 «Б» не хочет приходить учителем. Боятся все.
А училка по русскому выписалась из психушки, но работает репититором. По той же причине.
Кстати, получает больше.
